Неувядающая читательская любовь, колоссальные тиражи, десятки экранизаций в кино и бесчисленные театральные версии - «Рождественская песнь» Чарльза Диккенса принадлежит к тем классическим произведениям, которые знакомы каждому и о которых, казалось бы, все сказано. Что может добавить к этому святочному шедевру новая экранизация Роберта Земекиса, выходящая в прокат под названием «Рождественская история 3D»? Как минимум трехмерное изображение и комедийный талант Джима Кэрри!

Повесть о двух странах

В Советском Союзе обожали Диккенса. Реалист, юморист, мастер литературного портрета и гений сентиментальных сюжетов, викторианский классик был всем ко двору. Коммунистические идеологи любили его за яркое изображение страданий простых людей под гнетом капитализма. Засматривающиеся на Запад фэондеры ценили уютные и «вкусные» описания старой доброй Англии, эстетично буржуазной и по-хорошему традиционной. Лингвисты и филологи защищали диссертации о богатом языке Диккенса и трудностях его передачи в русских переводах. Наконец, читатели, не обремененные высокими соображениями, просто наслаждались занимательными историями, «выпуклыми» героями и напряженными страстями.

Разумеется, не все известные вещи Диккенса пользовались в СССР равной популярностью. Одним из гадких утят был цикл рождественских повестей, открывающийся «Рождественской песнью в прозе». Советские исследователи не могли игнорировать эти произведения, но писали о них неохотно. Во-первых, в СССР не отмечали Рождество, а во-вторых, коммунистам был чужд примирительный пафос Диккенса, который «отвлекает трудящихся от революционной борьбы».

Однако что русскому хорошо, то немцу смерть. В Британии и США «Рождественскую песнь» любили именно за то, за что ее третировали в СССР. Ведь сентиментально-христианское примирение труда и капитала на Западе было как основой антиреволюционной пропаганды («Зачем воевать, если можно найти общий язык?»), так и краеугольным камнем общественных реформ. А что касается Рождества, то «Песнь» принесла Диккенсу титул «Человека, который создал Рождество». Большую почесть в странах, где этот праздник считается главным в году, трудно себе представить.

Но как так вышло, что опубликованная в декабре 1843 года повесть создала Рождество? Ведь день рождения Христа стал праздником в середине IV века. Однако «Создатель Рождества» - отнюдь не преувеличение. Потому что смысл зимних празднеств за сотни лет их существования несколько раз менялся.

Эволюция Рождества

Если внимательно прочесть Новый Завет, то станет ясно, что Иисус родился не зимой. Ранние христианские авторы настаивали на марте и мае. Однако для упрощения массового перехода к христианству Церковь выбрала в качестве даты Рождества конец декабря -время, когда язычники отмечали начало увеличения солнечного дня. Соответственно, многие языческие обычаи стали частью рождественских торжеств.

В сельскохозяйственном обществе зимой особенно нечем заняться. Поэтому традиционные новогодние торжества длились неделями и требовали от участников всевозможного «разврата» - пьянства, обжорства, азартных игр, непристойных танцев. Были и обмены подарками, но обычно междутеми, кого связывали «вертикальные» отношения. Скажем, между арендатором и владельцем земли.

Чем богаче становилось средневековое общество, тем масштабнее делались рождественские гуляния и тем хуже к ним относились христианские мыслители. В результате отмена Рождества стала одним из лозунгов реформаторов-протестантов, и во время Английской революции праздник действительно был запрещен. Хотя реставрация монархии вернула Рождеству прежний статус, новогодние торжества начали отмирать по объективным причинам. Индустриальная революция исключила зимнее безделье, буржуазное пуританство с ненавистью смотрело на любой разгул, а отмечавшие Рождество сельские общины распались из-за переселения крестьян в города.

В результате в начале XIX века Рождество едва не умерло, превратившись в формальный выходной. Но свято место пусто не бывает. Мыслители и писатели романтического толка, самым талантливым из которых был Диккенс, обновили Рождество для нового образа жизни. Теперь это был не общинный, а семейный праздник- веселое, но компактное и без излишеств торжество любви, дружбы и доброты. Обмен подарками, благотворительность, обещания в новом году стать лучшим человеком, минимальная религиозная подоплека - Рождество сантиментов, а не страстей.

Разумеется, Диккенс был слишком талантлив, чтобы просто завернуть свои аргументы в литературную обертку. «Рождественская песнь» не была призывом переосмыслить праздник. Это была история бездушного бизнесмена Эбенезера Скруджа, похоронившего в погоне за деньгами все свои чувства - и вспомнившего о них, когда в сочельник его посетили призрак бывшего компаньона и духи прошлого, настоящего и будущего, которые показали Скруджу, как жалка его жизнь и как много горя она приносит людям.

Но хотя в основе своей история Скруджа имела мало общего с Рождеством, Диккенс так прочно увязал ее с сочельником, что «Рождественская песнь» (особенно ее финал) воспринималась читателями как описание нового облика старого праздника. Даром что сам автор видел в «Песне» скорее продолжение своей борьбы за улучшение положения бедных, нежели описание общественной реформы.

Диккенс в кино

Популярность «Рождественской песни» подвигла Диккенса на создание еще четырех повестей, действие которых было связано с новогодними праздниками. Хотя повторить свой первый святочный успех писатель не смог, его рождественские повести стали достаточно известны, чтобы оказать огромное влияние на европейскую новогоднюю культуру. Будь то праздничные обычаи, сюжеты святочных историй или сценарии новогодних комедий.

Естественно, как только кинематограф выбрался из пеленок и режиссеры задумались об экранизации классики, «Рождественская песнь» оказалась в первых рядах. Поскольку из всех основных вещей Диккенса она лучше всего поддавалась сокращению. Попробуйте ужать «Оливера Твиста» до размеров короткометражки! А британский режиссер Уолтер Р. Бут смог в 1901 году снять 11 -минутный фильм «Скрудж, или Призрак Марли», в котором всего один призрак, но основная идея повести осталась в неприкосновенности.

Помимо возможности сокращать и перекраивать сюжет повести без изменения ее ключевых идей «Рождественская песнь» привлекала постановщиков возможностью экспериментировать со спецэффектами. Как изобразить на экране правдоподобное привидение? Как передать хотя бы часть визуальных «трюков», упомянутых в удивительно кинематографичном тексте Диккенса? Однозначного ответа на эти вопросы быть не могло, и потому каждый новый режиссер имел возможность предложить собственное видение «Песни», а не просто воспроизвести очевидные постановочные решения. Опять же роль Скруджа была настоящим праздником для исполнителей старшего возраста.

Хотя немое кино могло играть с визуальными эффектами, ему было трудно передать диккенсовские диалоги, и потому ни одна из ранних экранизаций «Песни» не стала классической. Эти лавры были востребованы лишь в 1951 году, когда ирландец Брайан Десмонд Херст поставил «Скруджа» с Алистером Симом в заглавной роли. Именно эта версия стала постоянной участницей западной новогодней телепрограммы.

Со временем «Рождественская песнь» стала столь азбучной историей, что ее близкие к тексту экранизации начали сниматься исключительно для телевидения. Так, в телеверсии 1999 года Скруджа играл Патрик Стюарт. Если же за Диккенса брались кинорежиссеры, то они существенно перерабатывали текст, чтобы сделать картину непредсказуемой. Самая известная экранизация такого рода -«Новая рождественская сказка» Ричарда Доннера, в которой персонаж Билла Мюррея был переосмыслен как телевизионщик.

В итоге сложилась парадоксальная ситуация. С одной стороны, «Песнь» экранизирована десятки раз. С другой стороны, современному ребенку, избалованному спецэффектами, нечего показать. То, что есть, либо недостаточно убедительно, либо недостаточно красиво, либо слишком далеко от оригинала. Этот провал и решил заполнить своей новой анимационной лентой Роберт Земекис, ранее перенесший на экран англосаксонский эпос «Беовульф» и детскую сказку «Полярный экспресс».

Новый претендент

Нам уже доводилось писать о том, чем Земекис занимается в последние годы. С тех пор ничего принципиально не изменилось. В то время как прочие крупные мультстудии создают традиционных карикатурно-выразительных персонажей и доводят компьютерную анимацию до пластичности «ручной», работающая на Земеки-са студия ImageMovers Digital специализируется на фотореализме и технологиях performance capture и motion capture. Что в теории позволяет создавать анимационные фильмы, неотличимые от художественного кино.

По поводу возможностей и ограничений этой технологии сломано много копий, и пока что ясно лишь то, что картины Земекиса не столь успешны, как работы Pixar и DreamWorks. «Беовульф», например, заработал в американском прокате лишь половину своего 150-миллионного бюджета. Хотя вряд ли это объясняется только проблемами фотореалистичной анимации. Наверняка против ленты сыграло то, что стилистически картина была рассчитана на взрослых, а мультфиль-мь в американских кинотеатрах делают деньги на детях и родителях. Так, «Полярный экспресс», который был хуже со всех точек зрения, собрал в прокате в два раза больше. Поскольку был сугубо детским.

Сделав выводы из промаха с «Бео-вульфом», для очередной попытки довести до ума фотореалистичную технику Земекис выбрал диккенсовскую «Рождественскую песнь», считающуюся семейным чтением. Хотя, разумеется, дело тут было не только в холодном расчете. Исполнительный продюсер «Баек из склепа», Земекис всегда интересовался историями о привидениях и часто думал о том, как переносить такие истории на экран. К тому же по ходу повествования Скрудж путешествует во времени, в свое прошлое и будущее. Это одно из первых подобных путешествий в английской литературе. Режиссер «Назад в будущее» не мог пройти мимо такого сюжета.

Еще одним аргументом в пользу Диккенса было то, что фотореалистичные технологии более всего подходят для историй об обычных людях в фантастической ситуации. Ведь если ситуация обычна, то фильм проще снять в формате художественного кино, а если персонажи не являются людьми, то для их анимирования нельзя использовать записи актерской игры. «Песнь» же великолепно подходит под требования формата. Все ее герои -люди, и с некоторыми из них происходят совершенно невероятные события, в прошлом давшие работу целой армии создателей спецэффектов.

Призрачная игра

Поскольку технологии ImageMovers Digital не требуют портретного сходства актеров с персонажами, Земекис был свободен в выборе исполнителя на главную роль. Хотя реальных претендентов было немного. Сколько в Голливуде актеров, которые одновременно достаточно известны, чтобы привлечь публику в залы, и достаточно талантливы, чтобы воссоздать в своей игре все нюансы образа Скруджа?

В итоге Земекис остановился на Джиме Кэрри, карьера которого в момент начала работы над «Рождественской историей» дала течь (ныне залатанную коммерчес<им успехом «Всегда говори "да"»). Так что актер был свободен для необычных предложений. Режиссер, в свою очередь, считал, что Кэрри - идеальный исполнитель для фотореалистичной анимации, поскольку он может вжиться в роль буквально каждым своим мускулом. Атехника фиксации актерской игры как раз дошла до того уровня, когда каждый мускул имеет значение.

В качестве напарника Кэрри Земекис пригласил в картину еще одного актера, способного глубоко вживаться в очень разные роли. Как вы уже знаете из предыдущего номера нашего журнала, мы имеем в виду Гэри Олдмана, ныне всем известного по образам Сириуса Блэка в «Гарри Поттере» и комиссара Гордона в «Темном рыцаре». Земекис называет Олдмана «хамелеоном», и с этим комплиментом трудно не согласиться.

Не желая отставать от Тома Хэн-кса, который сыграл в «Полярном экспрессе» четыре большие роли, Кэрри и Олдман поделили между собой семь образов. Бывший Эйс Вен-тура взял на себя Скруджа и трех духов времени, а бывший Зорг довольствовался партнером Скруджа Джейкобом Марли, клерком бизнесмена Бобом Крэтчитом и малышом Тимом, младшим сыном Крэтчита. По сюжету мальчик тяжело болен, и спасти его могут лишь деньги Скруджа. Поскольку крохотной зарплаты клерка едва хватает на содержание семьи, где уж там оплачивать дорогое лечение...

Когда впервые стало известно, что Олдман сыграл Тима, все журналисты недоумевали, как 50-летний актер мог изображать маленького ребенка. Теперь мы знаем ответ - Олдман сыграл Тима в зрелости. Тима в детстве играли и озвучивали юные актеры Райан Очоа и Сейдж Райан.

Прочие роли распределись так. Фредом, племянником Скруджа, стал Колин Ферт («Мамма миа!», «Моя ужасная няня»). Робин Райт Пенн сыграла Белль, невесту молодого Скруджа, и Фэнни, его рано умершую сестру. Бобу Хоскинсу, с которым Земекис работал в фильме «Кто подставил кролика Роджера», достался доброжелательный мистер Феззвиг, бывший наниматель героя Кэрри. Кэри Элвес («Принцесса-невеста», «Робин Гуд Мужчины в трико») изобразил Дика Уилкинса, с которым Скрудж работал у Феззвига.

Наконец, членов семьи Крэтчита сыграли британская телеактриса Лесли Мэнвилль (миссис Крэтчит), звезда «Детей шпионов» Дэрил Сабара (старший сын Питер), юная техасская актриса из сериала «Кастл» Молли Куинн (средняя дочь Белинда) и британка Фэй Мастерсон (старшая дочь Марта). Всего в семье Крэтчитов шестеро детей, но двоим младшим Диккенс не удосужился придумать имен.

С технической точки зрения создание «Истории» мало чем отличалось от работы над «Беовульфом». Актеры в костюмах для motion capture записывали свои роли, художники и мощные компьютеры превращали эти записи в анимационные сцены, а Земекис, впервые в карьере не деливший ни с кем обязанности сценариста, придумывал, как впервые в истории кино дотошно передать все описанные классиком сюрреалистические видения. Дабы «История», оставаясь гуманистической драмой, приобрела черты хор-рора, мистического повествования... И комедии. Если Кэрри в главной роли, то куда же без юмора?

Что для режиссера не было проблемой, так это использование объемных эффектов. В то время как некоторые голливудцы только начинают использовать 3D, Земекис еще «Полярный экспресс» одновременно выпустил в обычной и объемной версиях. Тек что после «Экспресса» и «Беовульфа» экранный объем для Земекиса - не новая технология, а старый друг. Тем более что в компьютерной анимации этот эффект реализовывать проще, чем в кино. Достаточно рассчитать каждый кадр отдельно для каждого глаза. Пара пустяков, если у вас на студии много компьютеров.

Помимо всех плюсов «Рождественской истории» как объемной анимационной экранизации классической истории с участием знаменитых актеров существенное влияние на коммерческое будущее ленты оказывает компания Disney, которая после неудачи «Беовульфа» купила студию ImageMovers. Диснеевцы умеют рекламировать детские фильмы и продавать их по всему миру. Однако «Мышкин дом» не всесилен, а экранизация литературной классики не гарантирует хит. Будь в одних странах «Песнь» знают наизусть, а в других не знают совсем, и в обоих случаях публика может предпочесть что-то другое. Хотя хороший детский фильм в прокате найти сложнее, чем кино для взрослых. Хватит ли «Истории» этого преимущества для срыва банка? Ждать ответа осталось недолго.